+7 (343) 328 95 99
Написать письмо
29 января 2020

Инклюзивные сервисы как институциональные драйверы в сфере социальных услуг

Изучение различных аспектов управления культурой, остаётся приоритетной задачей нашего Института. Институциализация социальных активностей, интеграция моделей управления талантами (talent management), управления знаниями (knowledge management) и других концепций, превращение их в реальные экономические модели, этому посвящена статья Константина Баранникова.

1 ноября 2019 года наш институт принял участие во Всероссийской научно-практической конференции 

КАЧЕСТВО ЖИЗНИ ДЕТЕЙ И МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ С ИНВАЛИДНОСТЬЮ: МЕЖДУ ВИДЕНИЕМ И РЕАЛЬНОСТЬЮ. 
 
Выступление Константина Баранникова на пленарном заседании превратилась в статью «Инклюзивные сервисы как институциональные драйверы в сфере социальных услуг».

В статье ставится вопрос о поиске эффективных подходов для решения острых вопросов реабилитации и ресоциализации людей с ОВЗ, возникающих из-за инфраструктурных проблем, осложняющих распределение ресурсов. На примерах успешных практик, которые возникли в нескольких регионах Российской Федерации обсуждается модель инклюзивного сервиса, управление которым происходит по принципу «снизу вверх». При том, что важнейшими принципами для согласованного взаимодействия являются «взаимодополнение», «инклюзия», «вовлечение во взаимодействие» и «экономическая самостоятельность».

Ключевые слова: инклюзивное взаимодействие, инклюзивный сервис, инфраструктурные барьеры, реабилитация, ресоциализация, профориентация, экстрабилити, институциональный драйвер.

Inclusive services as institutional drivers in the field of social innovation.

The article raises the question of finding new models to solve acute issues of rehabilitation and re-socialization of people with disabilities, arising from infrastructure problems that complicate the distribution of resources. The model of inclusive services is discussed on the examples of successful practices that have arisen in several regions of the Russian Federation. Inclusive services are managed on the principle of «bottom-up». The most important principles for coordinated interaction are «complementarity», «inclusion», «engagement» and «economic independence».

Keywords: inclusive interaction, inclusive service, infrastructure barriers, rehabilitation, resocialization, career guidance, extrability, institutional driver.

Введение.

Одним из итогов Первого Всемирного конгресса людей с ОВЗ, который собрал в Екатеринбурге в 2017 году более 700 человек из 30 стран, было осознание, что организации, которые оказывают услуги людям с ОВЗ можно разделить на четыре типа.

Организации первого типа оказывают услуги сопровождения с минимальным уровнем включения благополучателей в открытое взаимодействие с представителями других социальных групп. Обычно, это услуги по уходу, организации закрытых мероприятий для «своих» и т.д.

Организации второго типа оказывают услуги по сопровождению и профориентации в рамках известных стратегий, например, невидящие – массажисты и т.д.

Организации третьего типа оказывают услуги по сопровождению и профориентации людей с инвалидностью в профессиях, которых не было в данном регионе, например, невидящие – гиды в специально организованных тёмных пространствах, музеях, или официанты в ресторанах с полной темнотой.

Организации четвёртого типа созданы людьми с ОВЗ, которые конкурируют на открытом рынке. Экономический успех обеспечивается в том числе, благодаря использованию своих экстрабилити.

Экстрабилити (автор термина О.Б. Колпащиков) – это способности, которые появляются, благодаря ограничениям в процессе успешной социализации. То есть, дремлющие таланты актуализируются и проявляются, когда человек адаптируется к новой для себя роли в новой социальной группе и становится максимально независимым в рамках своих возможностей. Например, невидящий устраивается на работу на открытом рынке, самостоятельно добирается до рабочего места и приобретает новых друзей. Или неслышащий, который становится руководителем, например, бригадиром в организации, где работают люди без ограничений по слуху. Без трансформации социальной роли, эти компетенции так и остались бы «за зоной комфорта».

Сегодня термин «экстрабилити» становится мейнстримом. Организуются региональные, всероссийские и международные проекты в этой идеологии.

Постановка проблемы.

Инфраструктура – это комплекс взаимосвязанных обслуживающих структур или объектов, составляющих и обеспечивающих основу функционирования системы.

Особенностью ситуации в сфере оказания социальных услуг является отсутствие общих правил, а значит нет условий для эффективного распределения ресурсов. Институциональная разобщённость приводит к тому, что сегодня существуют структуры, которые не осознают себя частью системы, и противопоставляют себя ей. Инфраструктурные противоречия и рассогласованность активностей рождают ограничения, которые, негативно влияют на качество услуг реабилитации, ресоциализации, абилитации, профориентации и трудоустройства, а значит и на качество жизни людей с ОВЗ, начиная с детского возраста. Формирование инклюзивной культуры, поддержка социальных инноваций, создание новых образовательных программ и рабочих мест, а также вовлечение новых стейкхолдеров по-прежнему зависят от личной позиции руководителей инициативных групп, СО НКО, образовательных, медицинских учреждений, коммерческих и производственных компаний, что также приводит к инфраструктурным противоречиям.

Институциональный драйвер – структура, расширяющая области влияния, то есть проявляющая новый уровень возможностей, связей и приоритетов, которые определяют качество социальных отношений. Институциональный драйвер является примером в процессе изменения определённых норм и правил жизнедеятельности и поведения людей.

Исследовательская задача.

  1. Изучить опыт лучших практик по созданию взаимодополняющих программ, которые организуют инициативные группы, СО НКО, образовательные учреждения, государственные и негосударственные организации, властные структуры и другие заинтересованные лица (стейкхолдеры) с целью повышения качества жизни людей с ОВЗ в России на основе идеологии экстрабилити.
  2. Определить приоритетные направления исследований, для оценки влияния инклюзивных сервисов, как институциональных драйверов.
  3. Разработать предложения для программ поддержки со стороны стейкхолдеров, учитывая динамичный характер рынка труда, который требует смены профессиональных установок и у работодателей, и у людей с ОВЗ, воспитания готовности к смене места работы, непрерывному обучению и развитию новых компетенций.

Критерии анализа лучших практик в идеологии экстрабилити.

Инклюзивное взаимодействие — специально организованный процесс сотрудничества представителей разных социальных групп, направленный на адаптацию, формирование доверия, чувства интереса участников [1]. В результате развиваются новые навыки, компетенции и, по возможности, создаются услуги или продукты, обладающие ценностью для потребителей или для общества, например, в направлениях достижения целей устойчивого развития [2].

Инклюзивные организации — все виды организаций (в том числе инициативные группы), деятельность которых направлена на обучение, социализацию, ресоциализацию, адаптацию и любую другую активность, которая «включает» человека в социальную жизнь, и при возможности помогает ему приобретать и/или развивать профессиональные навыки и компетенции.

Принцип «доступность» — «инклюзия». (идея предложена д.п.н. профессором Ю.Н. Галагузовой, г. Екатеринбург) Организация может быть «доступной», но не инклюзивной. В первую очередь нами изучается инклюзивный опыт.

Принцип «вовлечение во взаимодействие». Проблема вовлечённости активно изучается в научном сообществе. Определены структура и принципы [3,4].  Насколько осознанно создаются интересные и увлекательные сценарии инклюзивного взаимодействия? В каких контекстах они реализуются? Сколько мероприятий включается в один сценарий? На какое время удаётся удерживать участников в процессе равноправного и справедливого взаимодействия? Как поддерживается интерес к представителям социально исключённых групп? Как используются компетенции разных организаций для повышения эффективности сценариев? Как собирается и анализируется обратная связь и поддерживается взаимная ответственность до, во время и после завершения мероприятий, которые проводятся в рамках указанных сценариев? Тиражируемость успешных сценариев.

Инклюзивный сервис – это системный инструмент управления комплексом услуг организаций в рамках единого процесса реабилитации, ресоциализации, абилитации, социализации и, по возможности, профориентации. Основная задача инклюзивного сервиса – создание и поддержка индивидуальных программ реабилитации и ресоциализации, которые бы использовали возможности всех заинтересованных партнёров. Участники инклюзивного сервиса организуют переход благополучателя от одного партнёра (участника) к другому, стимулируя процесс адаптации (см. рис. 1). При этом допускается, что в начале пути, трудно угадать, какой путь и какая социальная роль станут успешными для данного человека с ОВЗ, а значит, не понятно, какие экстрабилити проявятся в будущем, и станут основой для программы профориентации. Но это не должно являться ограничением для приверженцев инклюзивной культуры высокого качества (рис. 2).

Область ответственности инклюзивного сервиса – создание и поддержка сценариев вовлечения во взаимодействие [5] СО НКО, коммерческих, некоммерческих, государственных организаций, инициативных групп, волонтёров, волонтёрских организаций и других заинтересованных лиц.

Инклюзивные сервисы

Рис. 1 Единый процесс реабилитации, ресоциализации и профориентации в инклюзивном сервисе.

Как институциональный драйвер, инклюзивный сервис, по возможности:

  • координирует инициативы для широкого вовлечения представителей социально исключённых групп,
  • обобщает и распространяет лучший опыт в области формирования инклюзивной культуры,
  • организует процесс повышения качества взаимодействия юридически независимых организаций, стартапов в области социальных инноваций, в том числе за счёт разрешения споров, выработки правил и сбора обратной связи об эффектах, которые наступают в результате изменения регламентов, положений и законов, правил распределения грантов, спонсорской помощи и т.д.
  • участвует в распределении ресурсов, в том числе, направленных на повышение качества профессиональной культуры в сообществе,
  • обеспечивает необходимый уровень качества процесса реабилитации, абилитации и профориентации при выполнении заказа стейкхолдеров,
  • проводит или создаёт условия для проведения конъюнктурных исследований.

Следует выделить два критерия эффективности работы участников инклюзивного сервиса, ради которых стоит заниматься данной стратегией:

  • экономическая самостоятельность сервиса. Сегодня трудно добиться стабильности отдельным НКО, и практически невозможно инициативным группам, реализующим социальные инновации. Взаимная поддержка и взаимодополнение, открывают доступ к новым возможностям, как в среде стейкхолдеров, так и в области формирования профессиональной культуры высокого качества (инструменты менеджмента, маркетинга, работы со СМИ, научная деятельность и т.д.)
  • инклюзивные сценарии вовлечения во взаимодействие должны отражать интересы стейкхолдеров. Крупные производственные организации, образовательные учреждения, торговые и сервисные компании всё больше заинтересованы в социальных инициативах, что отражается не только в личном интересе руководителей. Всё больше стейкхолдеров включаются в процессы достижения целей устойчивого развития, используют новые стандарты корпоративной отчётности, ищут новые маркетинговые решения и стратегии формирования бренда работодателя. По сути, эффективную деятельность инклюзивного сервиса можно оценить активностью в области профориентации, помощи организациям для выполнений квот на рабочие места, и создания в самих компаниях и учреждениях инклюзивной культуры высокого качества (рис. 2).

Помимо этого, деятельность инклюзивного сервиса должна быть направлена на модернизацию институционных, финансовых, управленческих, технологических сфер. Одним словом, стратегическая задача — формирование инклюзивной культуры высокого качества.

Инклюзивная культура. Картинка 2019

Рис. 2 Инклюзивная культура высокого качества

Примеры инклюзивных сервисов, как институциональных драйверов.

Свердловская область. АНО «Белая трость». Руководитель О.Б. Колпащиков.

— в 2018 году совместно с Областной Наркологической больницей и АНО «Урал без наркотиков» разработана программа «Перекрёстная реабилитация». Преодолевающие становятся волонтёрами социальных проектов, несколько человек стали организаторами инклюзивных проектов, трое человек поступили в ВУЗы. Программа получила поддержку на уровне антинаркотической комиссии Свердловской области,

— в 2014 году совместно с АНО «Благое дело» создан орг. комитет по подготовке и проведению Первого Всемирного конгресса людей с ОВЗ. В 2016 году в орг. комитет конгресса вошли представители нескольких СО НКО, представители министерств Свердловской области, ВУЗов, коммерческих компаний.

— в 2015 совместно с ГК «Росатом» организована международная Экспедиция «Паруса Духа». С 2017 года к проекту присоединились НКО «Белая трость Севастополь», НКО «ЦВИРИТ» (г. Челябинск), Правительство Севастополя, Правительство Калининградской области.

В результате разработаны программы повышения квалификации, тренерами и преподавателями, в которых работают люди с инвалидностью всех основных нозологий.

 

Город Севастополь. АНО «Белая трость Севастополь». Руководитель А.А. Лазарева.

— в 2017 году при поддержке организаторов Первого Всемирного конгресса людей с ОВЗ в городе Севастополь были проведены Дни инклюзии, которые собрали более 50 представителей из нескольких регионов России.

— в 2018 году был проведён III Российский конгресс людей с ОВЗ, куда съехалось более 250 участников. Были установлены тесные связи с Правительством города, Общественной палатой, образовательными учреждениями, коммерческими компаниями. По итогам конгресса было принято решение о превращении города Севастополь в инклюзивный туристический центр.

— в 2019 году при поддержке Правительства г. Севастополь в рамках реализации решений III Конгресса людей с ОВЗ, прошёл первый Российский конкурс «Лучший инклюзивный сервис». Победители из трёх регионов России провели в Севастополе серии мастер-классов и обучающих мероприятий.

Всеми проектами, о которых говорится в статье, руководят люди с ОВЗ.

 

Литература:

  1. Колпащиков О.Б., Баранников К.В. Организация инклюзивного взаимодействия для реализации скрытых талантов и способностей людей с ОВЗ. Преемственная система инклюзивного образования: взаимодействие специалистов разного профиля: материалы VI Международной научно-практической конференции. — Казань. ISBN 978-5-8399-0651-8
  2. Аналитический центр при Правительстве Российской Федерации. Доклад о человеческом развитии в Российской Федерации Цели устойчивого развития ООН и Россия. http://ac.gov.ru/files/publication/a/14685.pdf
  3. Литвинова Е.Ю., Киселева Н.В. Структурная модель вовлеченности обучающихся в непрерывное образование // Социальная психология и общество. 2016. Т. 7. № 3. С. 5—17. doi: 10.17759/sps.2016070301
  4. Литвинова Е.Ю., Киселева Н.В. Вовлеченность в профессиональную среду и ее значение для непрерывного образования // Социальная психология и общество. 2017. Т. 8. № 2. С. 5—20. doi:10.17759/sps.2017080201
  5. Баранников К. В. Пошаговые рациональные и эмоциональные сценарии вовлечения во взаимодействие. http://integra-ural.com/?p=1875